Стив Маттин: «Мы совершили в России революцию в дизайне»

 

Главный дизайнер LADA рассказал АиФ.ru о том, в каких муках рождалось семейство «Весты» и как им удалось раскрыть секретный ДНК-код бренда.

АвтоВАЗу повезло, что удалось заполучить одного из самых уважаемых дизайнеров мира. Стивен Джеймс Маттин родился в английском Бедфорде и окончил Университет Ковентри по специальности промышленный дизайн. Затем в 1987 году он попадает в Mercedes-Benz делает карьеру до должности старшего дизайн-менеджера. Через руки Стива проходят прорывные модели А-Class, S-Class, M-Class, SL, SLK, MercedesMaybach и другие.

Затем в 2004 году был переход в Volvo Car Corporation, и вновь прорыв. Шведский бренд украсился новым имиджем и яркими моделями Volvo S60, V60 и XC60. С их помощью шведы закрепились в премиальном сегменте, который ранее брали с трудом. В 2011 году новый поворот судьбы. Маттин принял предложение альянса Renault-Nissan и переехал в Россию в качестве главного дизайнера бренда LADA.
Мы встретились со Стивом в скромном кабинетике старинного особняка в Гороховском переулке, который сейчас занимает московская дизайнерская студия. На столе стоял макет концепта, выполненный молодыми студентами. Это был спортивный кроссовер желтого цвета без задних дверей и с надписью LADA.

Владимир Гаврилов, АиФ.ru: Стив, добрый день. Очень многие недоумевали, когда вы перебрались в Россию. Но еще большим было удивление, когда на выставках замелькали концепты, поражающие новизной стиля. Что заставило вас взяться за столь сложную работу?

Стив Маттин: Когда я пришел на АвтоВАЗ в 2011 году, то столкнулся с множеством интересных задач. В минувшие два десятилетия в Тольятти практически не разрабатывалось стратегической концепции дизайна. Автомобили не имели общего генотипа и радикально различались по внешнему виду. У одной машины одно лицо, а у другой иное. Поэтому я фактически взялся за работу с чистого листа. Передо мной ставилась задача найти уникальные черты бренда и разработать единый язык дизайна. И это подкупило меня. Впервые я оказался в ситуации столь масштабного замысла.

Ранее в других компаниях я видел, как художники попадали под власть уже существующих концепций. Они могли лишь подстраиваться под них и большинство работ приходилось сверять с установленными шаблонами. Это конечно сужало поле для творчества. А вот с чистого листа действовать интереснее, но и намного сложнее. Ответственность выше.

— Для чего автомобилю нужен хороший дизайн? Многие это не совсем понимают.

— Сейчас дизайн становится фактором, существенно влияющим на продажи. Он отражается на популярности моделей и придает бренду особый эмоциональный фон и имидж. На АвтоВАЗе мы решили взяться за дело всерьез и создавали особый стиль, который бы одновременно вписался в мировой мейнстрим, но был бы и уникальным, то есть запоминающимся. И первой моделью, воплотившей результаты творческого поиска, стала Vesta.

Но чтобы она появилась на свет, пришлось вести поиски здорового ДНК, то есть его особых черт, и работать над правильными размерами и пропорциями, которые будут использоваться в новой модельной линейке.

Код ДНК один, а размеры и пропорции могут меняться от модели к модели, но в конечном счете баланс (размеров и пропорций) должен быть идеальным.

— А что такое ДНК бренда?

— Это совокупность уникальных линий, форм, графических паттернов, свойственных марке. К примеру, в человеческой семье у родственников в разных поколениях присутствуют неизменные черты. Если смотреть на старые Volvo и на новые, то угадывается родство, потому как у них единый ДНК.

Многие дизайнеры автомобилей, так же, как и художники, в работе черпают идеи из живой природы. Они присматриваются к назначению транспортного средства, находят ассоциации в окружающем мире и воплощают их в металле. К примеру, какое-то время назад было модно рисовать кошек больших и малых. (Специалисты Ford недавно признались, что перенимали особенности облика рысей и пум — ред.) Можно в фарах повторять очертания глаз животного. Представители семейства кошачьих, действительно, грациозны. Но дизайнеры вдохновляются еще и грацией лошадей или мускулистых быков. Живая природа создала многообразие гармоничных форм. Из живого мира могут привлекаться и пропорциональные соотношения. У быка одни пропорции тела, а у собаки другие. И художник, научившийся их подмечать и использовать, сумеет реализовать невероятно сложную задачу, а именно оживить свое железное детище.

— Удивительно, а какие секреты тогда содержит «Веста»?

— Я уверен, что с помощью «Весты» мы сделали революцию в дизайне. Это отчасти эксперимент. Есть дизайнеры, которые пытаются все просчитать математически. Они доверяют сложившимся «Золотым правилам» в дизайне. Эти правила сформировались давно и без их знания некоторым дизайнерам действительно трудно создать гармоничный автомобиль. Необходимо знать численные секреты пропорций. Это вопрос наработанного опыта, внутреннего ощущения. Однако столь же важно чуть-чуть отходить от установленных шаблонов и с опорой на накопленные знания искать новые пути. Это мы и сделали с «Вестой».

При поисках ДНК мы остановились на Х-образных элементах, которые сакральны для европейской и русской культур. Почему? Парадоксально, в России русский дизайн продается плохо. Поэтому мы искали нечто свойственное и России и Западу. Литера Х похожа на крест. Это символ можно увидеть на флоте и в государственной геральдике. Он просматривается даже в российском гербе. Но Х это еще и радостный человек. Многие любят фотографироваться в прыжке, растопыривая руки и ноги. Получается весело и забавно. Я тоже люблю так фотографироваться по всему свету. Х-код несет в себе эмоциональный заряд. Его мы и взяли за основу, чтобы провести глубокую кодировку бренда.

Х-образный силуэт запечатлен в фронтальной части автомобиля. Но знак Х есть и в боковых выштамповках, а также в других частях кузова. Если приглядеться, то половинки Х прорисованы в стойках крыши, в фонарях, в элементах арок колес и тд.

— Сейчас многие спорят по отношению выштамповок на дверях. Здесь действительно наблюдается некий отход от шаблона, предписывающего достигать симметрии спереди и отходить от нее с боков автомобиля. Что вы хотели ими сказать?

— С их помощью декларируется новизна и революционность бренда. Но на самом деле эти выштамповки не симметричны. Их форма и размеры разные. Они похожи между собой, но вплетены в структуру кузова особенным образом. Поэтому есть одновременное следование «Золотым правилам» и отступление от них. А всякое отступление рождает в душе бурю эмоций. Этой эмоциональности мы и достигали.

Наши коллеги из других уважаемых брендов тоже, видимо, посчитали такую работу удачной. Причем настолько, что мы заметили параллели в новом дизайне Mitsubishi. Их стиль стал в чем-то перекликаться с нашим. Но вместе с тем, нам приятно творческое внимание и признание такого рода.

— По-моему, несмотря на схожесть, разница все-таки значительная. Вы нарисовали для «Весты» лицо живого существа, а у Mitsubishi — робота.

— Вы считаете? Мне очень приятно, что вы это заметили. Мы много времени потратили, чтобы «оживить» модель, так же, как скульптор старается вдохнуть частичку своего сердца в мрамор изящной скульптуры.

Художник не просто делает средство передвижения, а стремится провозгласить что-то своим творчеством. Поиск форм в модели для меня сродни работы над произведением искусства. Особое внимание уделяется свету и тени, ведь автомобиль это объект движения. Он живет во время езды. При перемещении грани кузова переливаются и создают особую лучистую картину. Можно сказать, что в какой-то мере это похоже на правильную огранку драгоценных камней.

Сейчас мы учим такому же подходу молодых русских специалистов. Важно показать им не только технологии, но и привить правильное отношение к творчеству. Мы должны сформировать здесь сильную дизайнерскую команду, которая предопределит развитие российского дизайна на многие десятилетия вперед.

Владимир Гаврилов

www.aif.ru

Понравилось? Поделитесь с друзьями!

Присоединяйтесь к НОВОРУСМИР в социальных сетях!

Вам также может понравится