Запланированное устаревание, или как нас обманывают корпорации

Ночной кошмар всех идеологов корпоэкономики, Самая старая лампочка накаливания, была установлена еще в 1901 году в США в городе Ливермор, и с тех пор работает уже более 111 лет.
 

Посмотрел конспирологический фильм про капиталистов, которые намеренно портят товары, чтобы они служили меньше. Там, например, рассказывают (с документами) о заговоре, согласно которому срок службы лампочек в течение десятилетий был искусственно ограничен одной тысячью часов, хотя технологии позволяли легко повысить его в разы.

Суть идеи очень проста — если лампочка служит 1000 часов, её будут покупать в 5 раз чаще, чем если она служит 5000 часов. В пять раз выше продажи, в пять раз больше прибыль. Заговор производителей подтверждается документами, которые нам показывают создатели фильма, и лампочкой начала XX века, которая вот уже больше 100 лет горит, не перегорая, в здании какой-то американской пожарной части.

Вот, что я имею сказать по этому поводу.

1. Подобные фильмы снимают экологи-активисты. Экологи-активисты оптом покупаются корпорациями, всё экологическое движение практически с момента основания является полностью гнилым. Верить этой публике (и их фильмам) нельзя ни на грош.

Так, например, в фильме нам рассказывают, как плохо сжигать нефть в автомобилях, но не рассказывают, что именно заботой об экологии на Западе оправдывают постоянную замену старых машин на новые. На Западе считается нормой менять машину раз в несколько лет:
это запланированное устаревание в чистом виде. Вполне очевидно, что уничтожение нормально ездящих ещё автомобилей, которое активно поддерживается государством под предлогом сохранения окружающей среды, наносит значительный вред как окружающей среде, так и кошелькам наивных граждан.

Поэтому фильм посмотрите обязательно, ибо общая его идея безусловно верна, но здравый смысл всё же не отключайте, помните, кто всех этих экологов-активистов кормит.

2. Есть элементарное доказательство существования запланированного устаревания: картриджи принтеров. Сейчас в них ставят электронные счётчики разного рода, которые выводят картридж из строя после определённого количества отпечатанных страниц независимо от того, остался там тонер или нет.

Разумеется, одними только картриджами запланированное устаревание не исчерпывается. Автолюбители знают, что ремонт современных автомобилей сильно затруднён: некоторые детали специально делают непрочными, чтобы они быстро выходили из строя, а стоимость запчастей искусственно задирают, чтобы при каждой серьёзной поломке автолюбитель думал о покупке новой машины.

Мало того: запчасти часто продаются блоками. У вас сломалась маленькая деталь за два доллара, но вам её не продадут — вам нужно купить здоровый блок за 300 долларов (в составе которого есть эта деталь) и поменять его целиком.

3. Сквозная тема фильма — струйный принтер Epson, который перестаёт печатать после 5 тысяч копий. Лично я был весьма удивлён, когда увидел его в фильме, так как всегда думал, что струйные принтеры дотируются.

Бизнес-модель продавцов струйных принтеров проста и аморальна — продаём сам принтер по очень низкой цене, а потом лупим такой конский ценник на картриджи, чтобы выйти в плюс чуть ли не с первой их замены. Проще говоря, я был удивлён, что кому-то потребовалось встраивать систему устаревания в струйный принтер — в этом не больше смысла, чем брать деньги за вход с посетителей казино.

Однако системы, выводящие из строя принтеры после определённого числа копий, действительно существуют. По этому поводу, например, прочитал историю про лазерные принтеры «Самсунг», в которых стоят специальные предохранители, выводящие принтер из строя после 15 тысяч копий.

Забавно, правда? Бережливый бюргер открывает сайт «Самсунга», достаёт калькулятор. Высчитывает стоимость печати одного листа, сравнивает разные модели принтеров. Идёт в магазин и, миновав с презрением полки со струйными принтерами, покупает лазерник. А через 30 пачек бумаги принтер пишет ему — «у вас сломан фотобарабан». И всё, игра окончена, или идите за новым принтером, или покупайте фотобарабан по той же цене, что новый принтер.

4. Никаких нравственных ограничений для корпораций, разумеется, не существует в принципе. Рекомендую короткую, но весьма познавательнюю статью на «Финфронте», в которой рассказывается, что корпорации сделали за последние 20-30 лет с Америкой:

Ной Смит, специалист по финансам и обозреватель «Блумберга», собрал убедительные свидетельства деградации экономики США. В последние 30 лет власть государства в США ослабло, а могущество корпораций, напротив, возросло. Антитрестовские законы перестали работать, на многих рынках сформировались монополии или олигополилии. Это вылилось в остановку конкуренции и переход большого бизнеса в режим выдаивания населения: www.bloomberg.com

Судя по косвенным, но весьма убедительным данным, в последние десятилетия корпорации при помощи коррупционных связей с политиками получали одобрение всё новых и новых слияний, что позволяло им становиться всё более крупными. По мере того, как корпорации захватывали подавляющие доли на рынках, они делали три очевидных шага:

1. Поднимали цены.
2. Опускали зарплаты.
3. Прекращали инвестиции.

Логика топ-менеджеров корпораций прозрачна и понятна: зачем скромничать и ставить маленькую цену, если все конкуренты уже задушены, и покупателям некуда деваться? В 1980-е годы средняя наценка составляла 18%. Сейчас она достигла уже 67%.

Можно было бы предположить, что интернет и информационные технологии усилят конкуренцию, однако они, напротив, усилили монополистов, упростив механизмы управления крупными компаниями и позволив монополистам моментально проникать в самые отдалённые регионы.

Чтобы понять, как реально работает интернет, достаточно посмотреть на рынок интернет-компаний. Несложно заметить, что он монополизирован донельзя, и монстры типа «Фейсбука» являются на нём скорее правилом, нежели исключением.

Перестала работать конкуренция и на рынке труда — крупные работодатели получили возможность диктовать сотрудникам свои условия по зарплате. В США стала привычной нездоровая ситуация, когда занятый на полный рабочий день сотрудник вынужден жить в машине, так как ему не хватает зарплаты на съём жилья.

Наконец, корпорации перестали инвестировать в строительство дополнительных мощностей, в разработку новых технологий и в улучшение качества. Так как сильных конкурентов у них нет, риск потерять долю рынка отсутствует. С точки зрения топ-менеджмента в этой ситуации тратить деньги на инвестиции нет смысла — расходы не окупятся.

В 1911 году после тяжёлой борьбы в судах правительство США всё же сумело одолеть монструозный «Стандард Ойл» и разделить его на 38 компаний меньшего размера. Рынок снова заработал, американская экономика встрепенулась и начала показывать отличные результаты.

Сейчас, спустя век с тех эпических событий, приходится констатировать очень неприятный факт. На этот раз коллективный «Стандард Ойл» победил.

Один только пример. За это время средняя наценка выросла с 18% до… 67%. Корпорации не стесняются уже снимать маржу, которой позавидовали бы многие ларёчные барыги из наших девяностых. Граждане терпят, ибо рынок монополизирован, а туземный аналог нашей ФАС слишком слаб, чтобы устроить олигархам второй 1911 год.

5. Сюжет про батарею для айпадов, которая ломается через полтора года, меня, честно говоря, удивил. Во-первых, айпады живут значительно дольше 18 месяцев — я до сих пор вижу у некоторых людей работающие первые айпады.

Во-вторых, «Эппл» нагибает своих безблагодатных фанатов другими, более техническими способами. «Эппл» регулярно обновляет операционную систему таким образом, чтобы старые устройства не только безбожно тормозили, но и переставали поддерживать новые программы. Просто, дёшево, и без риска получить иск от разгневанных пользователей.

Впрочем, я уже высказал вам вначале свои соображения об экологах-активистах. Корпорации разрешают им говорить часть правды, однако когда дело доходит до конкретных мер борьбы с корпоративным жульничеством, экологи-активисты предлагают очень странные, неработающие решения, как будто их лидеры получают вторую зарплату у глобалистов-надолбюров.

6. В фильме есть забавное объяснение феномена советского качества. Действительно — экономика СССР работала в условиях недопроизводства, и портить товары намеренно у заводов не было никакой нужды. Товары портились сами — в силу общей низкой культуры производства, презрения работников к резиновым перчаткам и тому подобных явлений.

Однако в тех случаях, когда советские конструкторы не копировали западные изделия один в один, а внедряли собственные разработки, им нередко удавалось создать вечную, рассчитанную на десятилетия вещь. В том случае, когда эту вещь ещё и производили из качественных материалов, на хорошем оборудовании и умелыми руками, получался иногда действительно надёжный продукт.

Кстати, по моим детским воспоминаниям, лампочки в СССР действительно перегорали значительно реже, чем сейчас — возможно, именно по той причине, что в зловещий картель Феба советские лампочные заводы не входили. Статистики, впрочем, у меня нет — возможно, всё дело было в том, что перегоревшие лампочки тогда менял не я, и платил за них в магазине тоже не я.

7. Важная ремарка по поводу экологов. Экологов, которые занимаются реальным делом — устанавливают очистные сооружения на предприятиях или, скажем, храбро сражаются с незаконными свалками, я очень уважаю. На мой взгляд, это одна из самых важных и благородных профессий в современном мире.

Я недолюбливаю экологов-активистов, которые занимаются рейдерством, вымогательством и повышением уровня продаж спонсирующих их корпораций. Очень плохо, что эти архаровцы присвоили себе право выступать от имени всего сообщества.

8. Я убеждён, что рано или поздно запланированное устаревание станет таким же преступлением, как, допустим, попытка монополизации рынков в наше время. За попытки искусственно ограничить срок службы товаров или сделать их неремонтопригодными корпорации будут жестоко наказывать.

И знаете, с чего бы я начал изменения в законодательстве? Я бы прописал обязательную гарантию для самых распространённых товаров. Принтеры — не менее 10 лет, автомобили — не менее 20 лет, лампочки — не менее 25 тысяч часов. Любые попытки вставлять ограничивающий счётчик в картриджи и прочие устройства я бы запретил.

Технически в этом ничего сложного нет, достаточно проявить политическую волю, как это сделали уже французы, начавшие наказывать производителей за попытки искусственно портить свои товары.

Олег Макаренко

fritzmorgen.livejournal.com

Понравилось? Поделитесь с друзьями!

Присоединяйтесь к НОВОРУСМИР в социальных сетях!

Вам также может понравится