Проверка миром

Евгений Сатановский
Евгений Сатановский

Ситуация в Сирии на рубеже 2016–2017 годов приобрела неожиданный для Запада оборот. Взятие Алеппо, достигнутая под патронатом России и Турции договоренность о перемирии (многократно нарушенная боевиками), подготовка к переговорам в Астане перечеркнули усилия Катара и Саудовской Аравии в свержении президента Асада.

Говорить о формировании на базе Ирана, Турции и России «оси», имеющей шансы на долгосрочное сотрудничество, наивно, но то, что Анкара ведет собственную игру с Москвой и Тегераном, не ставя в известность Вашингтон, факт, чрезвычайно неприятный для уходящей администрации Обамы и его разведки, которая пытается в оставшиеся до смены команды в Белом доме дни сказать хоть что-нибудь, дабы не выглядеть совсем уж провально.

Администрация Обамы ищет и порой находит возможности под конец его каденции максимально осложнить жизнь всем, кого уходящий президент считает личными врагами, включая не только руководство России и Сирии, но и сменяющего его Дональда Трампа. Политика Вашингтона в отношении Дамаска деструктивна, хаотична и вряд ли изменится до прихода в Белый дом нового хозяина. Но ее последствия, американская аналитика и заявления чиновников первого ряда тем более заслуживают внимания. Настоящая статья построена на материалах М. С. Ходынской-Голенищевой и Ю. Б. Щегловина, подготовленных для ИБВ.

Кремленологи путают карты

Американские эксперты к новому году подготовили доклад, посвященный расхождению позиции Ирана и России по ситуации в Сирии. По их оценке, различия в подходах не позволят Москве выйти из кризиса с подготовкой политических инструментов решения проблемы. В основе этих рассуждений идея о том, что Россия в Сирии занята формированием нового мирового порядка и возвращением в ряды мировых держав, а Иран решает задачу установления регионального лидерства. На деле проигрыш Тегерана в Сирии означает его поражение в конкуренции с Эр-Риядом. От положения в САР зависят отношения Ирана с ливанской «Хезболлой» и иракскими шиитами. Для него главное – удержать алавитов у власти в Сирии. Вопрос об устройстве там теократии на повестке дня ИРИ не стоит, хотя иранцы хотят создать в Сирии шиитскую милицию. Для Москвы репутационные потери в случае поражения – главное. И Иран, и Россия заинтересованы в выигрыше в Сирии каждый по своим резонам.

В США уверены, что Тегеран будет воевать в Сирии до победы, а Москва старается найти повод для выхода из конфликта. Они полагают, что американо-российский план мирного урегулирования был сорван иранцами. Это далеко от истины. Иран и Россия понимают нереальность чисто военного решения в Сирии, и их диалог с Турцией это доказывает. Не следует считать иранцев фанатиками – они несут в Сирии потери и оплачивают участие в боях своих ливанских и иракских шиитских союзников. Бои за Восточный Алеппо показали, что эффективно действовать на разных направлениях с гарантией успеха только шиитскими формированиями Дамаск и Тегеран не могут. Приоритетная задача Ирана – зафиксировать ситуацию путем в том числе мирных переговоров в Астане.

Американские эксперты пишут о «вторичности» российского фактора в Сирии по сравнению с иранским. Москва, по их версии, ограничивается дипломатической поддержкой и ВКС, а Иран несет основную тяжесть «на земле». На деле российский фактор в Сирии имеет главное значение, в том числе для достижения необходимого уровня военного и дипломатического давления, а также выработки алгоритмов мирного разрешения кризиса. Политический и военный вес Ирана не тот. Поэтому ВКС РФ за месяц в Сирии и сделали то, чего Иран не сделал за два года.

Обидчивый Бреннан

Директор ЦРУ США Джон Бреннан обвинил руководство России в том, что оно играет по собственным правилам. «США никогда бы не стали делать ни в каком из этих военных конфликтов то, что россияне делали в Сирии касательно… использованной ими политики выжженной земли, которая привела к разрушениям и смерти тысяч и тысяч мирных жителей», – сказал он в интервью Пи-би-эс. При этом американская разведка не смогла помочь своему правительству выработать алгоритм ответа на вызов в виде «арабской весны» и провалила борьбу с исламистской экспансией в Ираке и Сирии. Главная вина за политику США лежит на Бараке Обаме. Но глава разведки обязан предоставлять информацию в нередактированном виде, а Бреннан грешил «подстраиванием» под официальный курс. И не смог усилить кадровый потенциал ЦРУ для укрепления агентурной разведки.

Действия Вашингтона и Бреннана в частности ярко иллюстрируют одно свойство уходящей администрации – она не умеет проигрывать. Заявления директора ЦРУ – рефлексия обиженного. Всего, в чем он обвиняет Москву, удалось избежать благодаря четко выстроенной схеме действий. Россия в Сирии обошла все грабли, на которые наступали американцы в конфликтах на Ближнем Востоке за последние 30 лет. Москва сумела выбрать оптимальный формат участия в военных действиях, переломить ситуацию на поле боя, избежав повторения афганского варианта. Вашингтону этого продемонстрировать не удалось, и тут вопросы именно к разведке, которая не смогла просчитать минимум силового участия американцев в конфликтах и оценить базу лояльного им населения в регионе, из чего и складывается критерий оценки предполагаемого формата участия.

Москва в Сирии не использовала тактику выжженной земли, предпочитая воздействие на реперные точки суннитской фронды. Что исходя из политики запрещенного в России «Исламского государства» (ИГ) в отношении суннитского населения и приобретения его поддержки было оптимальной схемой действий. В основе политики ИГ и «Джебхат ан-Нусры» (ныне «Джебхат Фатх аш-Шам») лежит принцип хозяйственно-социальной автономии суннитских племен с гарантией их защиты. Удары ВКС наносились по главной статье их дохода – экспорту нефти. Было организовано силовое давление на основные логистические узлы антиасадовских сил: опорные пункты, арсеналы и коммуникации. Этим подрывалась база поддержки джихадистов со стороны племен, лишавшихся экономических механизмов существования и гарантий безопасности, что и запустило процесс мирного урегулирования с ними. Ничего подобного разведка США предложить своему руководству не смогла. В Сирии Москва переломила настроение суннитской элиты, а не занималась ее тотальным уничтожением.

Утверждения Бреннана, что ЦРУ США знало о планах России до ввода ВКС в Сирию, не соответствуют действительности. Американская разведка не смогла просчитать действия РФ на этом направлении. США не сумели создать в Сирии лояльную себе силу «на земле», хотя такие возможности в самом начале кризиса были. В результате монополистом в сопротивлении режиму Асада стали исламисты при помощи КСА, Катара и Турции. Резкое усиление джихадистов в оппозиции стало просчетом ЦРУ. В результате американцы были вынуждены «догонять», чтобы Москва не стала «главным миротворцем» в Сирии. Результат – плохо подготовленные, проваленные наступления на Ракку и Мосул. Вспоминая сетования Обамы «на ошибочные данные разведки на ливийском направлении, которые привели к полной дестабилизации ситуации в этой стране», можно оценить работу ЦРУ и его директора.

Астана вместо Женевы

Американские СМИ синхронно с известием о заключении соглашения о перемирии в Сирии вбросили информацию о ее «разделении на зоны влияния различных стран, которые включают США, Россию, Иран и Турцию». Асад согласно этим источникам остается президентом страны до новых выборов. При этом понятно, что говорить о Сирии предстоит с новым руководством США. Перемирие, к которому присоединились около 60 тысяч боевиков, как и сдача Восточного Алеппо, – итог диалога между «тройкой» – Анкарой, Москвой и Тегераном, а также Дамаском и лидерами протурецких оппозиционных группировок. Они и предложили «астанинский» формат, призванный сменить дискредитированный «женевский». Впервые может быть запущена возможность достижения выхода из регионального кризиса без Вашингтона и Брюсселя. Об их присоединении главы МИД «тройки» говорят как о перспективе, когда переговоры в Астане докажут свою эффективность.

Принципиальный момент, определяющий судьбу «астанинского» формата, – способность Турции гарантировать соблюдение перемирия и степень своего воздействия на полевых командиров. Если оно, в общем, будет соблюдаться (абсолютного соблюдения не получится), это станет означать, что с Анкарой можно договариваться о будущем устройстве Сирии. Так что пока соглашение – проверка реального влияния партнеров, без чего двигаться вперед нельзя. Перемирие фиксирует остановку боевых действий в тех границах антиасадовских и правительственных сил, где они сейчас находятся. Можно называть их «зонами ответственности», но это большое упрощение. Никто не собирается проводить границы, обмениваться территориями и перемещать лояльные себе вооруженные силы.

То же самое касается будущего президента Асада. Это не обсуждалось на переговорах о перемирии и «вынесено за скобки», как и многие фундаментальные вопросы. Не надо путать тактику со стратегией. Сейчас важно добиться прекращения боевых действий. Все остальное можно обсуждать на основе включающей, помимо прочего, важный момент: признание участниками границ национальных и стратегических интересов друг друга на сирийском направлении. Того, к чему не смогли прийти США и ЕС в своей сирийской дипломатии. Благо, российско-американские переговоры по Сирии сорвались как по причине внутренних дрязг в администрации Обамы, так и потому, что США не влияли в полной мере на противников Асада и их зарубежных спонсоров. Турция же может воздействовать на значительное их количество.

На пути перемирия много препятствий. Прежде всего просаудовские группы и ИГ, «вынесенные» за рамки переговоров. Прошло размежевание «примирившихся» с «ястребами», с чем согласилась Турция. Вооруженная оппозиция, не присоединившаяся к перемирию, будет причислена к террористам, и его условия на нее не распространятся. Анкара старается монополизировать влияние на оппозиционное движение на севере Сирии, выжимая просаудовские группы из международно-правового поля. По идее и Москва, и Тегеран, и Анкара должны проводить совместные операции против сторонников ИГ и «Джебхат ан-Нусры» или не мешать это делать друг другу. Турция получает оплот, позволяющий противостоять экспансии курдов. Так что усиление их военной поддержки, которую легитимировали США законом о военной помощи повстанческим группировкам в Сирии, – это заявка Вашингтона на будущее участие в новом формате договоренностей.

В Сирии ситуацию «на земле» контролируют Россия, Иран, Турция и Саудовская Аравия. Вашингтон имеет влияние только в курдском анклаве, и если суннитские отряды решат вытеснить курдов с их позиций, то справятся без особых усилий. Анкаре это выгодно сделать после того, как «Силы демократической Сирии» возьмут Ракку. Это ослабит помощь Вашингтона курдам, так как пропагандистская задача будет решена, а для любой американской администрации главное, чтобы Турция была в орбите США. Курдов отодвинут на второй план. Что до Эр-Рияда, он или включится в новый формат переговоров, или должен воевать с перспективой ухудшения отношений с Анкарой и потерей Идлиба, где базируется «Джебхат ан-Нусра». Во втором случае КСА выпадает из числа влиятельных игроков на сирийском направлении, так как не сможет создать военной силы в Иордании.

Страдания содержанок

Напомним: о введении режима прекращения боевых действий в Сирии было объявлено 29 декабря. Договоренности достигли в Анкаре после двухмесячных переговоров российских военных при турецком посредничестве с командирами группировок противников режима Асада. Немедленно в Интернете появились заявления, в которых как вооруженные формирования, так и представители «гражданского общества» бьют тревогу о ситуации в Вади Барада, где расположен крупный резервуар питьевой воды Айн аль-Фиджи, обеспечивающий Дамаск. В свое время эта станция была захвачена боевиками «Джебхат ан-Нусры», а затем Западу сообщили, что она каким-то образом перешла под контроль «умеренной оппозиции».

Первое заявление вышло от лица вооруженных группировок – подписантов соглашений в Анкаре. В нем говорилось, что из-за нарушения перемирия «режимом и его союзниками» отряды замораживают все консультации о прекращении боевых действий и подготовке межсирийских переговоров в Астане. Второе выпущено Свободной сирийской армией. ССА критикует «режим» и ливанскую «Хезболлу» за «варварскую военную кампанию» в Вади Барада, уверяет в отсутствии там штабов «Джебхат ан-Нусры» и ИГ (что не отрицает наличия там боевиков этих структур) и грозит сорвать перемирие. Третье вышло от имени «институтов гражданского общества», в котором они говорят об агрессии режима и «Хезболлы» в Вади Барада, сетуют, что в результате бомбардировок местное население поставлено на грань гуманитарной катастрофы, и обвиняют сирийских военных в разрушении резервуара Айн аль-Фиджи и лишении жителей Дамаска питьевой воды.

Что конкретно послужило причиной почти одновременных заявлений и как это может повлиять на режим прекращения боевых действий и подготовку к межсирийским переговорам в Астане? Очевидно, упомянутые заявления – «месть» государств, оставшихся «за бортом» договоренностей 29 декабря: Катара, США, Великобритании, Франции и КСА. Достаточно посмотреть на страновую принадлежность кураторов структур, от имени которых было заявлено о приостановке консультаций о переговорах в Астане и режиме прекращения боевых действий.

В случае «Фейляк Рахман», «Джебхат Ахль аш-Шам», «Джебхат аш-Шамия» и «Фейляк аш-Шам» – это Катар. Для «Фирка Султан Мурад», «Джейш Идлиб аль-Хурр», «Джейш ан-Насер» и «Фирка Уля ас-Сахилийя» – Катар и США. «Таджамму Фастакым Кама Умирт» патронируют США и КСА. «Джейш аль-Изза» – США. «Джейш аль-Ислам» – Саудовская Аравия. И наконец, «Сукур аш-Шам» – Катар, КСА и США. При этом видно, что большинство группировок финансируется из Дохи, которая была не в восторге от достигнутых в Анкаре договоренностей о прекращении огня и раздосадована активной вовлеченностью Турции в выработку соглашений. Это соответствует заявлению катарского руководства о том, что Доха продолжит вооружать сирийскую оппозицию независимо от действий других игроков. Катару явно подыграли американцы.

Примечательно страновое происхождение спонсоров структур, подписавших заявление с осуждением действий правительства Сирии и «Хезболлы» в Вади Барада от имени «гражданского общества». Для Relief Corps in Wadi Barada, Media Corps in Wadi Barada, Civil Defense in Wadi Barada и Institution of Barada al-Kheir – это Великобритания. Для Medical in Wadi Barada – Франция. На Запад ориентируются также «местный совет» и «институт гуманитарной помощи» в Вади Барада, представители которых также подписали заявление. При этом стоит обратить внимание на то, что открытой конфронтации с Москвой ни региональные, ни западные страны не хотят. Ни в одном из заявлений Россия прямо не упоминается (только в контексте требований к «гаранту» соглашений в Анкаре, то есть России, утихомирить своих клиентов).

«Друзья Сирии» явно использовали действия правительственных сил и «Хезболлы» в Вади Барада как повод для нападок. Ясно, что Катар, Саудовская Аравия, США, Франция и Великобритания, не участвовавшие в выработке соглашений в Анкаре, пытаются сорвать имплементацию договоренностей о перемирии и о переговорах в Астане, организуя демарши подконтрольных им структур. Доха, Эр-Рияд и Вашингтон сподвигли на заявление вооруженные группировки, а Париж и Лондон организовали информационную кампанию «гражданского общества Вади Барада» по образу и подобию Алеппо. Напомним, в ходе антитеррористической кампании сирийской армии при поддержке ВКС России по освобождению Восточного Алеппо от джихадистов с помощью подконтрольных Западу «активистов» раскручивались «гуманитарные» аспекты ситуации в городе.

Понятно, что страны, сформировавшие в свое время «антиасадовскую коалицию», будут пытаться сорвать режим прекращения боевых действий, хотя и по разным причинам. Команда уходящего президента Обамы – из зависти и мести. Катар потому, что перемирие противоречит идее продвижения исламистского проекта в регионе. Франция и Великобритания – от обиды на то, что их проигнорировали при выработке договоренностей о перемирии и созыве переговоров в Астане. Оставим пока в стороне вопрос финансового интереса Вашингтона, Лондона и Парижа в свержении Асада вследствие лоббирования Эр-Рияда и Дохи.

При этом заметно, что действия региональных и западных противников Асада в Сирии конвульсивны, а их сплоченность недолговечна. С приходом администрации Трампа безусловная поддержка Вашингтоном антиправительственных группировок в этой стране наверняка изменится. Без турецкой территории как «тыловой базы» боевиков Дохе вряд ли удастся сорвать договоренности о перемирии, так что многое будет зависеть от позиции Анкары.

Что до Парижа и Лондона и контролируемых ими структур «гражданского общества», на них можно не обращать внимания. Если вооруженные группировки будут соблюдать режим прекращения боевых действий, об «активистах» забудут. Как произошло в Алеппо и произойдет в любом городе Сирии, вокруг которого будет раскручена медийная кампания.

Евгений Сатановский vpk-news.ru

Вам также может понравится